пресса

ЧТО ЖДЕТ БЕЛОРУССКУЮ ОПЕРУ?


В мае исполнится год, как пост главного режиссера белорусской оперы (место, которое долгое время оставалось вакантным) занимает Михаил ПАНДЖАВИДЗЕ. Делать какие-то глобальные выводы о творческой деятельности главрежа пока рано: Панджавидзе поставил два спектакля - «Набукко» Верди и «Тоска» Пуччини.

- Михаил Александрович, как вам удалось занять должность, на которую очень долго искали специалиста?

- Дирижер Национального академического Большого театра оперы и балета Беларуси Вячеслав Волич был участником Шаляпинского фестиваля в Казани, где уже довольно давно с большим успехом идет поставленная мною опера «Любовь поэта» современного татарского композитора Резеды Ахияровой. Спектакль был заявлен на театральную премию «Золотая маска», получил Государственную премию Республики Татарстан. Собственно, необычность постановки заключается в том, что, наверное, впервые в оперном спектакле в таком большом объеме используются новейшие технологии, сочетаются различные механизмы и видеопроекционные возможности.

Волич отвез диск с этим спектаклем руководству театра, искавшему режиссера, который способен справиться со всевозможными современными механизмами: как известно, после реконструкции Большой театр в Минске напичкан новейшей техникой. Так мне поступило предложение приехать в Беларусь и поставить оперу «Набукко», используя технические возможности сцены, световые эффекты и видеоряд. С поставленной задачей я справился и получил аплодисменты и цветы от публики, а от дирекции театра - приглашение возглавить белорусскую оперу. Не остались равнодушны и критики, упрекнувшие меня в чрезмерном увлечении новейшими технологиями в ущерб работе с артистами. Правда, я уже указывал своим оппонентам, что они невнимательно смотрели спектакль: человеческие отношения там также проработаны.

- Вы были режиссером Большого театра в Москве, но так ничего там и не поставили. Почему?

- В Москве все постановки расписаны на 3-4 года вперед. Руководство Большого театра имеет свои творческие критерии и понимание того, что должно происходить на сцене, в соответствии с чем формируются постановочные группы. Но я не сидел сложа руки и не ждал, условно, когда освободится место. Я сотрудничал с Новосибирским оперным театром, ставил в Казани, Екатеринбурге… С Мариинским театром работал: поставил оперу «Борис Годунов» с Валерием Гергиевым для Пасхального фестиваля на Соборной площади в московском Кремле в исторических декорациях. Сейчас меня пригласили в Минск.

- Говорят, никто не скажет лучше о человеке, чем он сам. В чем особенность вашего творческого почерка?

- Я умею работать с артистами, прорабатывать психологические мотивы поведения людей, добиваться от оперных артистов не условной, а безусловной игры. В частности, вся «Тоска» построена на актерской игре, а эффекты минимизированы.

Я хорошо ощущаю современность и понимаю, что в век новейших технологий театр обязан развиваться и становиться высокотехнологичным искусством. Хотим мы этого или не хотим, но чтобы не потерять своего зрителя, мы должны это учитывать.

«Не люблю «Кармен»

- Как выбираются спектакли для постановок? У вас полная свобода действий в формировании репертуара?

- Что значит полная свобода? Я главный режиссер, и должен думать, в первую очередь, о прокате. А успех проката зависит от кассовых названий. Могу вам признаться, рискуя вызвать гнев театралов, что не люблю, к примеру, «Кармен» и не хотел бы ставить этот спектакль. Но я понимаю, что такая опера должна быть в репертуаре.

Существует такое понятие, как производственная необходимость. Я должен понимать, что сейчас надо ставить не «Огненного ангела», не «Любовь к трем апельсинам» Прокофьева, не «Соломею» Штрауса, а «Кармен» Бизе, «Риголетто» и «Травиату» Верди.

- Лично вы сейчас над каким спектаклем работаете?

- В мае планируется премьера оперы «Аида» Верди, для которой готовятся декорации по эскизам великого мастера, бывшего главного художника театра Евгения Чемодурова: мы взяли его спектакль, который он ставил в 50-х годах прошлого века в Румынии. К сожалению, в репертуаре не осталось ни одной постановки Чемодурова, поэтому я считаю своим долгом вернуть на афиши его имя.

Также в планах постановка «Севильского цирюльника» Россини - это будет нестандартный спектакль, я возлагаю на него большие надежды.

Белорусские имена
- Появятся ли в репертуаре произведения белорусских авторов?

- Я предложил поставить «Седую легенду» Дмитрия Смольского. Действительно, в афише одно национальное название - «Дикая охота короля Стаха». Это странно. Оперу «Чужое богатство никому не служит» Яна Давида Голанда я не беру в расчет, потому что эта постановка носит больше дидактический и музыковедческий характер.

- Планируете ли вы выходить за рамки классического репертуара и ставить оперы современных авторов?

- Это сложный вопрос, и вот почему. Если современный автор создал произведение, только это не может являться поводом для постановки на сцене Большого театра. Потому что по уровню оно должно как минимум стоять рядом с творениями таких композиторов как Верди, Чайковский…

Было бы проще, если бы у нас было больше оперных театров, как, например, в Италии, где бы могли реализоваться амбиции разных авторов.

«Теноров не хватает»

- Довольны ли вы белорусской труппой?
- У наших исполнителей очень сильный актерский потенциал. Они работают с огромным удовольствием. (Задумался.) Теноров мало, это редкий мужской голос. Но будем искать исполнителей: объявили конкурс, и, кажется, одного человека уже нашли, выпускника Белорусской государственной академии музыки. По крайней мере, он изъявил желание работать в нашем театре.

Если мы хотим иметь свой репертуарный театр, то тогда в театре должно быть много солистов. Когда ежедневно идут спектакли, артисту, исполняющему ведущие партии, необходимо отдыхать, восстанавливаться, переключаться, чтобы создавать новые образы. Он должен к каждому своему выходу на сцену относиться как к штучному товару. Иначе будет конвейер.

Естественно, ведущие артисты должны гастролировать и выступать в других театрах, а мы должны приглашать интересных солистов. Это и публике интересно, и для кассы хорошо.

- А кого планируют набирать в стажерскую группу?

- Артистов, которые не имеют опыта работы на большой сцене, в сопровождении оркестра, в гриме, в костюмах. Если придет человек, у которого есть красивый голос, внешность, но нет опыта, ему будет предложена стажировка.

ДОСЬЕ «АиФ»
Михаил Панджавидзе родился 5 марта 1969 года в Ашхабаде. В 1988 году Окончил музыкальное училище по классу скрипки, работал в оркестре Туркменского государственного академического театра оперы и балета. В 1990 году поступил в Российскую академию театральных искусств (ГИТИС) на факультет «Режиссер музыкального театра». Закончил аспирантуру РАТИ. Поступил по конкурсу в Большой театр режиссером-стажером. В 2001 году, после совместного проекта Большого театра России и Театра Верди Триеста (Италия), был утвержден в должности руководителя режиссерской группы Большого театра России. Ставил спектакли в Татарском, Екатеринбургском, Магнитогорском, Новосибирском, Астраханском театрах оперы и балета.
Юлия ТЕЛЬТЕВСКАЯ
Среда, 08 июня 2011 года - АиФ в Беларуси
Источник: http://www.aif.by/ru/articles/culture/item/12589-opera.html

ПАРТНЕРЫ