пресса

«Я НЕ ЖИВУ ПРОШЛЫМИ УСПЕХАМИ»


Ирина СВИРКО, «Р»

Оксана Волкова — о дебюте в Метрополитен-опера, любимой Кармен, певческой карьере и радости материнства

 

Оксана Волкова — ведущий мастер сцены Национального академического Большого театра оперы и балета Республики Беларусь. В ее репертуаре около двадцати партий: Ольга («Евгений Онегин»), Полина («Пиковая дама»), Кончаковна («Князь Игорь»), Кармен в одноименной опере, Фенена («Набукко»), Флора («Травиата»), Марфа («Хованщина») и Амнерис («Аида»), Любаша («Царская невеста») и другие. Вместе с тем заслуженная артистка Беларуси Оксана Волкова исполняет ведущие партии в спектаклях Большого театра России, Оперы Ниццы, на сцене Театра Массимо в Палермо, Театре Сан Карло в Неаполе. В этом году она успешно дебютировала на сцене нью-йоркской Метрополитен-опера и стала первой солисткой Большого театра Беларуси, выступившей в этом знаменитом театре, блестяще исполнив партию Маддалены в опере «Риголетто» Джузеппе Верди. Чуть больше недели назад певица вернулась из Нью-Йорка в Минск.


— Оксана, впечатления еще свежи?

— Если честно, то уже не особенно. Я не живу прошлыми успехами. Вот и сейчас мне уже надо что-то делать дальше. Хотя, конечно, само событие грандиозное — выступление в Метрополитен-опера. Это то, о чем мечтают все певцы — от начинающих до самых маститых. С этой точки зрения здорово, что мне повезло и что я туда попала.


— Попасть было сложно?

— Это миф, что туда попадают случайно, или по протекции, или благодаря личным отношениям. На этом уровне подобное невозможно.

Прослушивания делаются только через агентства, где сидят люди, которые занимаются этим бизнесом много лет, и за того, кого предлагают театру, они отвечают своей репутацией. Вообще, есть мировой рейтинг. Если ты уже где-то пел, прошел какой-то путь, тебя уже кто-то слышал и знает. Что касается моей истории, то встреч с Метрополитен-опера было много. Первая — в молодежной программе Большого театра России. На меня сразу обратила внимание арт-директор, которая приехала давать мастер-класс. Второй раз я была на одном очень известном прослушивании в Вене. Участвовали более ста солистов, в зале — представители более 30 театров мира. Потом меня слышали на конкурсе в Баку. Я не заняла призовых мест, но меня заметили, прислали письмо, что хотели бы послушать еще раз. Затем представитель Метрополитен-опера специально прилетал в Москву в Большой театр на спектакль с моим участием. На следующий день у меня было еще и индивидуальное прослушивание. Только после этого получено приглашение.

— Радости, наверное, не было предела?

— Я понимала, конечно, что уровень очень высокий и нужно ему соответствовать, но какой-то эйфории не было. Вообще, я совершенно спокойно и без фанатизма отношусь к своей профессии. Может, поэтому как-то все и складывается? У меня нет излишних амбиций, когда очень чего-то хочется, но не получается, и, чтобы этого добиться, надо ломиться во все двери — ну возьмите меня. Да никогда! У меня какое-то здоровое ощущение, что сегодня я могу то, что я могу. И делаю это. Кроме того, в Метрополитен-опера я уже ездила работать по контракту дублера, то есть на страховку, на тот случай, если основной исполнитель по какой-то причине не сможет выступать и его придется заменить на сцене. Попасть дублером на титульные роли в Метрополитен-опера — это тоже колоссальный кастинг. Полтора месяца я работала над партией Кармен. Кстати, это любимая моя роль, она подходит мне и по голосу, и по темпераменту. И хотя тогда на сцену мне выйти не пришлось, это был очень серьезный опыт работы, в ходе которой и ко мне, конечно, присматривались.

— А как вам публика Метрополитен-опера?

— Этот театр известен своей особенной публикой, которая очень и очень любит оперу. Поэтому и приглашают туда самых лучших певцов, чтобы не разочаровать истинных ценителей. Билеты, кстати, дорогие — от 250 долларов и выше, в ложу — цены вообще зашкаливают. Но люди тратят и идут. Поэтому, конечно, театр не имеет права выдавать некачественный продукт. Все спектакли, которые я там видела, — высочайшего уровня.

— А когда стало понятно, что в семье ваших родителей растет будущая певица?

— Очень рано. Уже в детстве я делала себе что-то наподобие микрофона и развлекала всех песнями. В детском саду воспитатели уже настойчиво советовали родителям не проспать мой талант и непременно отправить в школу с музыкальным уклоном. Они, кстати, поначалу сомневались, хотели поближе к дому, а тут пришлось ездить в школу целых четыре остановки. Но прислушались. Вообще, считаю музыкальное образование с ранних лет полезным и важным. Моя дочь уже занимается музыкой, играет на фортепиано. Станет это профессией или нет, но не помешает никогда — это точно.

— У вас двое детей: дочке — восемь, сыну — четыре. А ведь есть артистки, которые уверены, что дети мешают успешной карьере…

— Мне просто жалко таких женщин. Не понимаю, как вообще можно сравнивать, ставить на одну чашу весов исполнение какой-то роли и рождение ребенка. Я знаю многих певиц, которые именно ради карьеры отказывались от материнства, но ничего хорошего это не принесло, карьера так и не сложилась, а время ушло.

— Вы не раздумывали?

— У меня никогда не было мыслей отложить, повременить. И как-то я все удачно успела, как-то все было логично. Не знаю, откуда у меня были такие мысли, но я почему-то понимала, что родить ребенка мне нужно именно в 24 года, после окончания консерватории. Я понимала, что это самое главное для меня дело. Магистратуру заканчивала уже кормящей мамой. Вот и сейчас думаю, какая же я молодец на самом деле.

— Муж к работе не ревнует — у вас ведь поездки, гастроли.


— У меня подозрение, что он очень рад, когда я уезжаю. Супруг по образованию музыкант, хотя по специальности не работает, и когда-то сам меня провоцировал, мол, я ничего не делаю, ни к чему не стремлюсь, плыву по течению. Какими бы ни были мои достижения, он был недоволен, все мало, все не то. И, наконец, когда меня пригласили в Москву в Большой театр, я сказала: «Если ты меня сейчас не отпустишь, то больше ни слова не скажешь о том, что я чего-то не сделала!» Он понял, что не сказать мне по этому поводу ни одного слова выше его сил, и согласился: «Поезжай».

— Кто помогает вам с детьми, по дому?

— Когда не было такой большой загруженности, я все делала сама. Готовлю до сих пор сама. Но помощницу по хозяйству пришлось пригласить, чтобы единственный выходной, который у меня есть, не тратить на уборки и прочее, а побыть всем вместе семьей. Я часто отсутствую, поэтому с детьми помогает няня. Но когда я в Минске, стараюсь уделять им максимум времени. Встаю в шесть утра, чтобы собрать, покормить и отвезти детей в школу и садик.

— Не задевает ли, что оперные певцы при всех их действительно грандиозных успехах остаются в тени, а более широкую известность у публики имеют исполнители популярной музыки и не всегда лучшие?

— Я вот думаю: ну что такая известность мне лично может дать? Ведь ничего совершенно. К тому же я общалась с огромным количеством медийных людей, звездами и мегазвездами оперы. Те, кто на самом деле является высочайшим эталоном, очень скромны, не выпячиваются и ведут себя с большим достоинством. А половина из тех, кто называет себя поп-звездами, просто улыбку вызывают, если честно. Я знакома с некоторыми. На пустом месте из себя что-то изображают и, главное, сами в эту звездность верят, несут себя, звездного. Как-то я участвовала в большом сборном концерте во Дворце Республики, и у меня была гримерка на двоих с одной нашей очень известной ведущей. Как же эта так называемая звезда кричала на весь коридор, что не будет в одной гримерке с какой-то там оперницей, мол, кто — я и кто — она. Она так разошлась, что организаторы концерта не могли утихомирить. Слушать было невозможно, я спросила у организаторов, где могу переодеться, собрала вещи и просто ушла. О чем можно говорить, если человек, который имеет какое-то отношение к культуре, так себя ведет?!

— Какие новые сцены ждут вас, есть ли предложения?

— Называть не буду, не люблю говорить заранее о том, что еще не произошло. Этот сезон расписан, есть предложения и на следующий, но я сейчас и много отказываюсь. Потому что, если соглашаться на все, у меня не будет ни одного дня, чтобы побыть дома. А я не могу долго без семьи.

— Значит, вас чаще можно будет услышать на родной сцене?


— Вовсе нет, во всяком случае, не в ближайшие месяцы. Например, я сейчас здесь, а репертуара для меня на апрель нет, потому что труппа, два состава оркестра, хор на больших гастролях. Но это не значит, что я ничего не делаю. Наконец-то удастся поработать в студии над записями романсов. А то как-то с этим все не складывалось — то времени не хватало, то я в отъезде, то студия занята. Теперь вот все удачно совпало.

Источник: http://respublika.info/5705/persons/article60477/